?

Log in

No account? Create an account

70-е. Фрагмент с попугаем
Ia Confused
rhyme_addict
Было лето жесточе, чем к Цезарю Брут:
минский август скорей походил на Бейрут
и деревьям обугливал ветки.
И жара миражами качала дома,
и сходила с ума, и сводила с ума
от соседки по лестничной клетке.

И с огнём, получившим прописку в глазах,
мы швыряли вещички в раздутый рюкзак:
майки, плавки, потёртые книги...
Наконец дождались мы, с жарой совладав,
и вобрал нас в себя неохотно состав,
в Симферополь ползущий из Риги.

Всюду - курица, яйца, батон, самогон,
звуки музыки всласть наполняли вагон:
«Песняры», Магомаев и Верди...
А в соседях - прибалт из местечка Тракай,
чьим попутчиком был небольшой попугай,
прозябающий в клетке на жерди.

А в соседнем купе «ох!» сменялся на «ах!»,
даже воздух вокруг знойной страстью пропах,
словно был там с Рахилью Иаков.
Там друг друга любили взахлёб, допьяна,
а ведь были-то, в принципе, муж и жена -
но из разных, несвязанных браков.

А другой пассажир, лейтенант из ментов,
был по пьяни за мелочь цепляться готов -
вот ко всем и цеплялся, мудило.
Чай - не чай, а простой кипяток с сахарком;
не предложишь такой ни в райком, ни в обком,
а для нас - как для плебса - сходило.

Поезд двигался к югу, как гибкий варан;
пшенной кашей давился вагон-ресторан;
мух гуденье, немытые миски...
И - обратно, в купе, в неродную среду,
где беззвучным комочком грустил какаду,
наклоняя свой профиль семитский.