?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: философия

[sticky post]Новая книжка
Ia Confused
rhyme_addict
Питерское издательство "Геликон Плюс" сделало мне подарок на Новый Год: моя книжка вышла несколько раньше ожидаемого мною срока и уже поступила в продажу (исключительно, как по мне, дешевую :-) в онлайн-магазине издательства. Сам я книги еще в руках не держал, но планирую в ближайшие недели. Естественно, сегодняшний вариант благоприятен сугубо для россиян и жителей ближнего зарубежья, пересылки в дальнее очень дороги. Под шумок издательство выставило в продажу совсем уж по цене кошачьего корма две мои предыдущие книжки, существующие, правда, в очень ограниченных количествах.

Новая:
http://shop.heliconplus.ru/item.php?id=1071

Старые:
http://shop.heliconplus.ru/item.php?id=758
http://shop.heliconplus.ru/item.php?id=474

Без двух двенадцать
Sad Ia under rain
rhyme_addict
Если вас тяготило бремя реинкарнаций -
паникуйте, тревожно вперясь в зрачок колодца.
На часах планеты, по слухам, без двух двенадцать.
Это значит, что в скором будущем нить порвётся.

Как-то глупо думать про деньги да о престиже.
От протухшей воды амбиций мутнеет разум...
Символический зверь песец - он всё ближе, ближе...
Что с того, что и он накроется медным тазом?

Одинаков финал героя или паяца,
ибо всё в божественном плане - продукт рутины.
На часах планеты, по слухам, без двух двенадцать,
и секунды летят, как головы с гильотины.

Через шторм плывёт человечества ялик утлый,
сквозь холодную тьму и молний тугие плети,
растянуть стараясь последние две минуты
на расшатанные пружины тысячелетий.

Шестнадцать
Ia Confused
rhyme_addict
Подводит чёрной тушью он глаза,
своё нутро к протесту приохотив.
Он недоволен первым актом пьесы.
В шестнадцать этот мир не стоит мессы.
Поскольку большинство активно «за» -
то, значит, он по умолчанью «против».

Пора понять, куда течёт река,
куда бредут стада под звуки лиры
в краю печали, войн и эпидемий.
Нет, он не станет винтиком в системе.
Мир отдан жадноруким старикам -
кумирам, не годящимся в кумиры.

И не понять живущему по лжи -
тому, кто жрёт свой гамбургер, глазея
в телеэкран эпохи кайнозоя, -
как превращать струю аэрозоля
в словесный вызов - скажем, «Шива жив!» -
на всё видавших стенах Колизея.

Ответов нет на вечный: «Qu'est-ce que c'est?»
Уменья нет ни оценить, ни взвесить,
и хочется бороться, распыляться,
вовсю давить педали пепелаца -
лишь для того, чтоб стать таким, как все,
лет через пять. От силы через десять.

Утоли мои печали
Ia Confused
rhyme_addict
Утоли мои печали, утоли...
Удаляются в изгнанье короли,
удаляются в безвестность, на отшиб
мемуарами точить карандаши,
постигают сэконд-хэнд чужих щедрот,
вспоминают верноподданный народ,
кормят уток, заселивших водоём,
размышляя о величии своём.
Нет ни слуг, ни церемоний, ни потех;
в старых мантиях с годами вылез мех.
В каждом дне своём, во сне и наяву
все труднее оставаться на плаву.
И глядят с небес, презренья не тая,
облака. И тихий свет небытия
заполняет вместо крови трубки вен...
И живёт своею жизнью город N,
старой псиной распластавшийся в пыли.
Утоли мои печали, утоли...
На последнем беспокойном вираже
в одиночку мне не справиться уже.

Предтеча
Ia Confused
rhyme_addict
Ничего, что судьба выпускает змеиное жало,
а любовь на земле не салонна, а часто салунна.
Ведь летит в небесах стюардесса по имени Жанна
и плутает в словах поэтесса по имени Юнна.

Лето главную роль уступает поре листопада.
Воздух празднично чист, словно платье на юной невесте.
У капризной маркизы всё в жизни сложилось, как надо.
Что с того, что пожар? Что с того, что сгорело поместье?

Посмотри-ка на мир, утопающий в солнечном блеске,
и на свой городок, что речной опоясан тесьмою...
Как же ноет в душе дефицит позитивной повестки!
Он опаснее, чем дефицит витаминов зимою.

Не утонет твой мяч, депрессивная глупая Таня.
Словно Карлсон, вернётся. Как будто к возлюбленной - воин.
Ты-то, друг мой, не Таня. Любуйся средой обитанья
и не думай о том, что, возможно, ты лучшей достоин.

Если мир так хорош - мы до срока его не покинем,
пусть подольше протянется наша случайная встреча...
А кораблик плывёт. И семи ему футов под килем.
Ну, а течь эта в трюме - покуда не течь,
а предтеча.

Горб
Ia Confused
rhyme_addict
Зимой (хоть это не для всех, а лишь для мыслящих инако)
встаёт во всей своей красе горб вопросительного знака,
и тень, отброшенная им на замерзающие лужи
одним велит напиться в дым, другим чего-нибудь похуже.

Мы были зряшно рождены; в подборе целей - оплошали.
А в небе бледный шмат луны - как сыр, обгрызенный мышами.
Банальности взрезают тишь расстрельной россыпью курсива.
«Красиво жить не запретишь». «Быть знаменитым некрасиво».

И хоть ругайся напоказ бессильно и пустоголово
на ускользнувшую от нас мерцающую сущность слова,
мы замерли, как корабли в литографическом овале:
одни лишь гении - смогли, а остальные - спасовали.

И не для нас хмельная высь, где реют божества в хламидах.
Ведь можно проще, согласись: ненужный вдох, никчёмный выдох.
Тирадой пьяного жлоба, лишённой смысловой нагрузки,
нас ждёт стандартная судьба мильонов пишущих по-русски.

Не избежать тоски и драм. Надежда, словно шарик, сдулась.
Вопроса знак являет нам интеллигентскую сутулость.
И, как всегда, декабрь - большой любитель жертвоприношений.
А мы, уставшие душой, легко сгодимся на мишени.

Шевалье
Ia Confused
rhyme_addict
Не попав в мушкетёрские списки, славный сын обедневших дворян,
в городке захудалом российском проживал шевалье д'Артаньян.
Было в домике бедно, но чисто, и отцовы заветы в чести.
Благороднее идеалиста не найдёшь, хоть Гасконь прошерсти.

Он был худ, словно странника посох, с несомненным царём в голове,
и дразнили его "недоносок", и дразнили его "шалавье".
Он бросался в неравные драки, позабыв свой рекордный ай-кью,
и обидчики знали, собаки, что в карманах его - ни экю.

Но, покуда наточена шпага, не страшился герой никого.
Он мечтал жить державе во благо, но державе плевать на него.
Непокорного в школе травили, часто делая жертвой молвы
Не готовы к нему де Тревили, и Людовики тоже, увы.

А сейчас с продавщицей Лариской он знаком. Им бывает ништяк,
потому что до Анны Австрийской не судьба дотянуться никак.
Ни житья, ни карьеры, ни снеди. Все итоги - сплошные нули.
И повсюду такие миледи, что хоть шпагой себя заколи.

А друзья... Учащаются ссоры. Одиночество светит в конце.
Был Портос - но подался в боксёры. Арамис отошёл к РПЦ.
Вот такая суровая проза, и сюжет драматичен и сер,
и отбросил коньки от цирроза родовитый алкаш де Ла Фер.

Жизнь черна, как глубины колодца. Не вернуть королеве колье.
Над героем брезгливо смеётся вездесущий Арман Ришелье
(вот уж кто преуспел, и немало, как всегда, ухмыляясь хитро:
сохранил он и сан кардинала, и вступил, не стесняясь, в ЕдРо).

Чуть волочит усталые ноги шевалье по заплёванной стрит.
"Как всегда, дураки и дороги..." - усмехаясь, себе говорит.
Всё бессмысленней крики: "Доколе?!", всё печальней окрестная тьма...
Ведь в России есть нечто такое, что не смог бы придумать Дюма.

Сделка с совестью
Ia Confused
rhyme_addict
...а когда совершишь по жизни
что-то такое,
отчего молоток самоненависти
стучит в висок,
и в спасительном сне
отказывает Оле-Лукойе,
да сквозь темную ночь
утомителен марш-бросок,

ты глядишь сквозь окно
на деревьев постылую груду
и на снежный
кокаиновый порошок,
а грудь разрывает детское:
«Я больше не буду!»,
в прошлом уничтожавшее
любой грешок,

но под утро встаёшь,
сам с собою вконец рассорясь,
не сумев разобраться
в «против» своих и «за»,
и в зеркале, как на фото,
проявляется совесть,
невыносимо
заглядывая в глаза.

Зимний разлад
Ia Confused
rhyme_addict
Мы словно бузотёры в старших классах:
кривились рты в презрительных гримасах,
хоть что делить - никто не ведал сам.
Два мнения, два вопиющих гласа
чадили, словно жжёная пластмасса,
взлетая к равнодушным небесам.

Была зима. Казался воздух ломким,
а каждый шёпот - безобразно громким,
как грубый скрип несмазанной арбы.
Не видимый банальной фотосъёмке,
нам в спины бил змеиный хвост позёмки,
вздымаясь, словно кобра, на дыбы.

Блуждая между трёх дремучих сосен,
мы спорили. И каждый был несносен,
стреляя всякий раз до счёта "три"...
Был хор фальшив, хоть не многоголосен,
и было в целом свете минус восемь,
не больше. И снаружи, и внутри.

Всё было так нескладно и нелепо...
Любовь крошилась, как кусочки хлеба,
а ветер острой крошкой лица сёк...
И, раненые влёт шрапнелью снега,
мы мяли в омертвевших пальцах небо,
как школьник - пластилиновый брусок.

В границах заколдованного круга,
где не было ни севера, ни юга,
звенело: "Я так больше не могу..."
И наши тени, вскормленные вьюгой,
всё дальше расходились друг от друга
на жёстком хирургическом снегу.

Баскервильская осень
Ia with wings
rhyme_addict
Оскома ноября. Пустые зеркала.
Зеленый стынет чай. Допей, а хочешь - вылей.
Последнюю листву съедает полумгла.
Пора перечитать "Собаку Баскервилей".
На крыше легкий снег, на стеклах первый лёд...
Заройся в теплый плед, замри женою Лота.
Держаться в стороне от торфяных болот
немыслимо, когда вокруг одни болота.
Как хочешь, так и дли неприбыльное шоу,
скукоженная тень в застиранном халате...
Сэр Генри, ты один. И Бэрримор ушел
к тому, кто меньше пьет и регулярней платит.
А скомканная жизнь летит, в глазах рябя.
И красок больше нет, и век уже недолог,
да сети, как паук, плетет вокруг тебя
свихнувшийся сосед, зловещий энтомолог:
он фосфором своих покрасил пуделей,
чтоб выглядели те чудовищно и люто.
Покоя больше нет. Гулять среди аллей
рискованнее, чем с небес - без парашюта.
Ты весь скурил табак. Ты рад любым вестям,
но телефон молчит. Часы пробили восемь...

На полке Конан-Дойл. Метафоры - к чертям.
На свете смерти нет. Но есть тоска и осень.